Они не хотели этого

12-01-2008
Автор: Адская кошка      

Этот вечер был необыкновенно синим в Лондоне. Синее уютное небо, словно старый теплый плед, пыталось укутать уставший от бесконечной серости мегаполис. Синели крыши еще с утра выпавшим снежком. Тускло пробивался сквозь сгущавшуюся синеву зимнего воздуха подводный цвет уличных фонарей. Медленно кружились острые белые снежинки. Пахло отчего-то медом, омелой и тем особенным рождественским запахом, который обязательно появляется за несколько недель до рождества, когда только загораются первые огни елок, магазины вывешивают в витринах кукольных Санта-Клаусов и объявления о рождественских распродажах, а дети лишь начинают мечтать о подарках и каникулах.
Они совсем не хотели этого. Все вышло само собой, против их воли, как будто какая-то безымянная и слепая сила швырнула их друг к другу.
Возможно, дело было в том, что им было всего по семнадцать, а в этом возрасте порой так трудно сопротивляться обстоятельствам…
Лекс и Джуна. Забывшие в эту минуту о своих обязанностях, о своих друзьях и врагах. Забывшие о целом мире.
Он – высокий и стройный. Нордический блондин с точеными чертами аристократа. В серых глазах – холод дамасского клинка. Она – прекрасная трепетной красотой полураспустившегося бутона, обещанием грядущего совершенства. Голубые глаза в дрожащей тени длинных пушистых ресниц… Еле заметный аромат розовых бутонов в теплом дыхании.
Они не хотели этого. Их просто столкнула судьба.
Удивительные глаза Джуны были так близко, что в глубине ее зрачков Лекс мог видеть свое отражение. Он чувствовал на своем лице ее легкое дыхание. Его ноздри вдыхали терпкий аромат ее волос.
Юноша и сам не понял, как его рука оказалась на ее талии, такой тонкой и упругой, даже когда он прикасался к ней сквозь плотную ткань одежды. От этого прикосновения – трепетно-нежного, но одновременно по-мужски решительного, – на ее щеках расцвел жаркий румянец.
Джуна спрятала свое стремительно краснеющее лицо на груди Лекса. В эту минуту она не сознавала, что делает, и действовала словно под влиянием чуждой и, возможно, враждебной воли.
Его рука переместилась чуть выше. Он чувствовал жар ее кожи сквозь одежду.
Ее лицо вновь взметнулось к его лицу.
Жаркое, неровное, прерывистое дыхание…
Они не хотели этого…
Одно неосторожное движение – несколько оторванных пуговиц серебряным дождем осыпались с одежды.
Она почувствовала его губы на своем виске.
Неловкое скольженье рук.
Сейчас Джуне было так жарко, как никогда прежде. Выражение лица Лекса изменилось – вне сомнений, он чувствовал то же, что и она.
Они не хотели этого…
Казалось, быть ближе уже невозможно.
Мгновение – и они стали еще ближе.
Они не хотели этого…
Тяжелое мучительное дыхание в унисон. Ее растрепанные волосы на его лице.
Так близко, как никогда прежде. Никогда. Нигде. Ни с кем.
– Лекс! – Гермиона заговорила первой. – Может ты, все-таки, соизволишь сойти с моей ноги?
– Заткнись, Джуна! Если ты думаешь, что мне приятно ощущать, как твой острый локоть ежеминутно колет мне в бок… А кончик твоей волшебной палочки вообще уткнулся мне… – юноша резко покраснел, – …не важно, куда.
– Только не подумай, что я расстроюсь по этому поводу! И вообще, мог бы хотя бы попытаться отодвинуться…
– Сама отодвигайся. Ты же у нас привычная к подобным изыскам, а не я…
– Вообще-то, ты у нас, якобы, мужчина, а не я… Вот и примени грубую мужскую силу!
– Грубую мужскую силу пусть твой дружок применяет! А в моём роду, подобные мужицкие достоинства, знаешь ли, как-то не в цене…
– Кстати, о твоём роде, – Джуна предприняла решительную, но бесплодную попытку отодвинутся от Лекса. – У вас там все на завтрак лук килограммами потребляют? От тебя воняет!
– Джуна, обещаю, как только я высвобожу руки, я тебя придушу! – и парень действительно попытался вытащить руку, до сих пор вполне комфортно лежавшую на бедре девушки. – А луком воняет от вон того араба. Ну, который зажат между дверью и этой толстой негритянкой, не видишь, что ли?
– Ладно, допустим, вижу. Но это не дает тебе право стоять на моей правой ноге. На левой, кстати, тоже.
– Как только мой отец узнает, где я был… Как только он узнает, я тебе гарантирую, Джуна… я гарантирую тебе, что директор проклянет тот день, когда сделал выезды классом на общественном транспорте обязательным для посещения перед каждым походом в театр…
– Не думаю, что твой отец станет связываться с диреатором, – скептически усмехнулась Джуна и тут же болезненно поморщилась. – Хотя выбрать метро в часы пик в качестве полигона для сближения интересов учеников, пожалуй, действительно оказалось не самой удачной идеей директора…
– Не самой удачной? Да старик уже впал в маразм…
– Лекс, будешь продолжать в том же духе, и я собственноручно доложу завучу об оскорблении Директора школы.
– ДЖуна, еще минута – и я собственноручно сообщу завучу о действиях развратного характера по отношению к старосте...
– Развратного?! Лекс, если ты до сих пор не заметил, то твоя рука последние пять минут…
– Если ты думаешь, что я получаю от этого удовольствие, то ты глубоко ошибаешься!
На них начали пытаться оглядываться. Между прочим, они совсем не хотели этого.
Лекс, собрал волю в кулак, напряг все еще неотдавленные мускулы (отчего обычно аристократически-бледное лицо его приобрело оттенок перезрелого томата) и попытался отступить назад. Почти удачно.
При этом отчаянно вонявший луком немолодой сириец был окончательно размазан по стеклу.
Джуна наконец-то вздохнула почти полной грудью.
Будь в вагоне хоть дюйм лишнего места, Драко непременно начали бы бить. Места не было. Так что безымянная и слепая сила, именуемая «пассажиры лондонского метрополитена», просто пихнула его обратно. К Джуне. Нельзя сказать, чтобы та была очень этому рада.
– Embankment, – объявил подчеркнуто-жизнерадостный электронный голос.
Электричка распахнувшимися дверями выплюнула стремящуюся к бесконечности толпу пассажиров. Равнодушный людской поток (в котором, правда, виднелось немало отнюдь не равнодушных злых красных лиц одноклассников Джуны и Лекса) понес Джуну и Лекса прочь из-под земли, к уютному синему вечеру, сверкающим снежинкам и пахнущему омелой морозному воздуху.
И странно: в ту последнюю секунду перед выходом на поверхность, когда их еще защищала анонимность толпы, Лекс нашел узкую ладонь Джуны и легонько пожал ее. И что совсем странно: прежде, чем их руки вновь потеряли друг друга, девушка ответила на это пожатие.
На самом деле, они совсем не хотели этого. Вероятно, во всем была виновата какая-то чужая и, должно быть, враждебная сила.
Этот вечер был необыкновенно синим в Лондоне…

Советуем прочитать еще публикации по теме:

Адская кошка (19-01-2008, 11:15)

честно, это было написано по ГП, делайте со мной, что хотите, я каюсь...
Адская кошка

Avatarka (18-01-2008, 17:13)

Плин...бред какой-то...я вапще думала, что будет продолжение belay
Avatarka

I-OnE (16-01-2008, 14:24)

прикольно!
I-OnE

so emo (14-01-2008, 19:25)

необычно
so emo

Lenga... (14-01-2008, 18:56)

смефно))
Lenga...

суицидница (14-01-2008, 14:14)

реально так то... только слушай Гермиона с палочкой, если и появилась, то надо как то эту тему развить чтоли, а то это как пятно какое-то, появляется и сбивает с толку.... Удачи !Пиши ещё!
суицидница

ЦАРРРАПКА (14-01-2008, 06:31)

Хе, рассказ прикольный, представила все это, уф...тока вот гермиона с палочкой вообще не в тему =)))
ЦАРРРАПКА

Mega star (14-01-2008, 01:16)

причём там волшебная палочка и Гермиона???? частично с Гарри Поттера списано???
Mega star

irusik-16 (13-01-2008, 15:37)

Ваще такой классный рассказ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! winked
irusik-16

Латина (13-01-2008, 13:49)

СУПЕР!!! Мну оч понрафилось!!! tongue
Латина

AnGeLo4eK_я (13-01-2008, 12:38)

так красиво и необыкновенно...перкрасно)мну настроение подняло))спаасибо!!!пиши еще))) smile
AnGeLo4eK_я
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Rambler's Top100
File /engine/modules/debug.php not found.