EmoFans

Идет работа по созданию книги в жанре эмо-триллер. Это история любви, в которой эмоции натянуты до предела, а границы чувств порой заводят так далеко, что не всем взрослым дано понять их. Книга-шок от первых глав и до последней строчки! От первого поцелуя и до конечных точек... С одной стороны - это удивительный и порой непонятный многим мир эмо, кричащая любовь стирающая границы и рамки, а с другой - территория тех, кто делает музыку улиц в самых разных оттенках.

Мне очень сложно было выкладывать этот рассказ! Но мне нужна ваша поддержка! Нужны ваши мысли, ваши отзывы!

Любовь…одно только слово чего значит!Как приятно видеть людей нашедших друг друга в жизни! Как приятно наблюдать за влюбленными взглядами…они иные, не то что у других! Как приятно слышать возбужденные рассказы подруг о своих парнях…
как же хочется влюбиться! Влюбится так, что бы все внутри поменялось…

За окном опять шел дождь. Вика спала на диване. Сам я уснул около дивана. Пройдя на кухню я заварил кофе. Налив его в кружку я понес «утренний кофе» в гостиную Вике. Вика завозилась, наверно почуяла запах гари и кофе. Пока готовил кофе, оно падла убежало.
- О, кофе - ее голос был осипшим. Она переволновалась вчера.
- С добрым утром. - я протянул ей чашку.
Она неловко улыбнулась. Вся растрепанная. Тушь растеклась, глаза были красными от слез...

Ну почему все так!? Её звали Анна! Она была симпатичной девушкой, но она этому не верила! Она ни когда не была ущемлена общением парней, но ни как ей не получалось найти того самого постоянного, единственного с которым ей хотелось быть долгое время, а может и на всегда! Ей было так одиноко её мысли, воображения, фантазии, сила которую она пыталась в себе найти, она жила только этим...

Там, где граница ярче - там интересней, заманчивей. Там, где стены измазаны кровью, а потолок – сажей, - там спокойней, размеренней чьи-то переживания. И чьё-то сердце лопнуло, забрызгав синим воском перила лестниц твоего подъезда. А в это время ты ещё спал, ты не слышал, как чья-то тень скреблась в твою железную дверь, в твоё тусклое окно...

Сумасшествие закончилось. Тишь, спокойствие. Спидометр жизни показывает ноль, кровь- топливо ядовитой ржавчиной въелась в охолодевшие сосуды, в окоченелое сердце,- и я с облегчением принялась ласкать грубые черты смерти. Такие чужие, но такие успокоительные. Хочу облизать губы, в предвкушении последнего предсмертного поцелуя, но даже воздух не проходит через мой рот, не попадает в лёгкие. Мысли мечутся в распахнутых глазах, как стая искалеченных птиц в ржавой клетке, пытаясь просочиться со слезами в сухую кожу, впитаться в каждую молекулу, чтоб по умирающим нервам возродиться вновь...

ОНА: «Слеза уже не скользит по щекам, я не прячу последний вдох в своих ладонях, не жду, ведь нас скоро не станет. Не спастись, не унести иссохшие перья за нашими спинами, не искать больше смыслов, на которые всем наплевать. А просто остановить тебя прикосновением, заглянуть в глубину твоей несчастной души, вселить в глаза свои мысли».
ОН: «…Лезвием вырежу сердце из своей груди, вырежу из твоей, больше не таясь, не пугаясь последних встреч и лживых фраз, сказанных в помутнении рассудка. И пусть станет совсем холодно, пусть на время тебе вновь захочется жить. Я унесу с твоим заключительным дыханием миг объятия, слияние нашей крови при трении кровоточащих ран, «нарисованных» ради спасения того, что осталось нам от прошлого и позволено всего на десять минут»...

Луна хочет убить своего ребёнка, хочет связать его руки, перегрызть кожу и вынуть немного тёплого мяса, лизнуть расширенные зрачки, успокоиться. Она не знает, не желает поверить, что её отпрыск особенный, лишний в этом мире, но необходимый для чего-то подсознательному барьеру понимания этого мира, иначе кровь неизвестности прольётся в руки к алчному и аналитическому мозгу человека, и тайны мироздания и познания дремлющей Вселенной перестанут быть «запретным плодом»...